Обновлено: добавлено интервью с Алексеем Сазоновым (ниже по тексту).

Исследование агентства Midia сорвало покровы с магазина приложений Apple AppStore. Оказалось, что на 700 самых кассовых приложений аж 84,9% приходится на игры. И, по большому счету, ничего кроме игр среднестатистическому владельцу айпадов-айфонов и вовсе неинтересно.

Самое интересное (хотя и не самое неожиданное), что среди попавших в ТОП 700 игр львиная доля принадлежит релизам, монетизирующимся по системе free-to-play. То есть, тем, чья установка бесплатна, а вот затем, чтобы пройти игру, придется либо немного попотеть, зарабатывая игровую валюту, либо раскошелиться на некоторое количество валюты реальной.

Нас заинтересовала эта ситуация с точки зрения дальнейшего развития ситуации на рынке и того, что делать начинающим разработчикам ПО для мобильных устройств здесь и сейчас. Мы обратились к нескольким их уже состоявшимся коллегам и получили оперативный ответ от российской компании Nekki, чья совокупная аудитория игр составляет 150 миллионов человек. Ниже текст мини-интервью с Сергеем Бабаевым, директором по развитию бизнеса Nekki:

В: Какие игры прибыльней для разработчика и для магазина приложений: с внутриигровыми покупками или фиксированной ценой?
О: F2P-модель пришла на мобильные платформы сравнительно недавно, поэтому ей потребовалось определенное время для раскрутки. За пределами мобильного рынка она уже была ключевой - приносила больше денег в долгосрочной перспективе, чем любая другая модель распространения. С развитием микротранзакций в AppStore и Google Play F2P стала ключевой схемой монетизации, принося больше денег и разработчикам, и платформе.

В: Какой процент игр окупается? (как free-to-play, так и обычных платных)
О: Точный прогноз давать сложно. F2P-игры окупаются в среднем чаще премиальных. При этом ТОП-20 игр — формирует более 60% дохода всей платформы. Не сложно догадаться, что на этом фоне в целом окупается очень небольшое количество игр.

В: Что сделать сложнее/дороже: мобильную игру или клиент социальной сети? Какие принципиальные отличия у этих приложений?
О: Сложность может быть связана только с определенными механиками и наличием/отсутствием online-составляющей, которая требует больших серверных мощностей и опытных специалистов. Мобильные игры постоянно развиваются и наличие мультиплеера, синхронного онлайна - становятся их неотъемлемой частью. В связи с этим «средняя» мобильная игра может обходиться в разработке дороже, чем социальная.

В: Правильно ли утверждать, что не только AppStore, но и разработчикам также более выгодны игры, чем приложения?
О: AppStore выгодно ровно то же самое, что и разработчикам. Количество проектов и их доходность напрямую связны с прибылью платформодержателя. Наверняка можно найти авторов приложений, которые скажут обратное. Но надо признать, что рынку почти неизвестны success-story компаний, разрабатывающих, скажем, бизнес-приложения. Что еще печальнее - таким компаниям сложнее расти в рамках рынка.

На эти же вопросы нам ответил коммерческий директор компании HeroCraft Алексей Сазонов:

В: Какие игры прибыльней для разработчика и для магазина приложений: с внутриигровыми покупками или фиксированной ценой?

О: Зависит от геймплея, не всякую игру можно «обвязать» во фримиум. Поэтому и нельзя сказать, что премиум игры умирают. Магазины приложений тоже не отдают предпочтения той или иной модели, выделяют им примерно одинаковую часть «витрины».

В: Какой процент игр окупается? (как free-to-play, так и обычных платных)

О: Такой информации ни у кого нет и быть не может. По ощущениям — до половины выпускаемых игр убыточны, либо где-то на грани.

В: Что сделать сложнее/дороже: мобильную игру или клиент социальной сети? Какие принципиальные отличия у этих приложений?

О: Игру, конечно. Тем более хорошую. Хотя бы вот почему: если посмотреть на какую-нибудь успешную бесплатную игру, то это частенько не только игра, но ещё и продвинутая социальная сеть внутри неё - гильдии, чаты и т.п.

В: Правильно ли утверждать, что не только AppStore, но и разработчикам также более выгодны игры, чем приложения?

О: Надо делать то, что хорошо умеешь делать. В приложениях тоже есть масса возможностей, ни в коем случае не хочу сказать, что это менее перспективно.

В целом, недавние события подтверждают наметившуюся тенденцию внутри игростроя. Буквально вчера мы рассказали о том, как мобильная версия Majesty пересаживается c классической системы на Free-to-play. Да и трудно ожидать чего-то другого (особенно в контексте игр в экосистеме Android), если пиратство на мобильных платформах процветает в полный рост.

Теперь бесплатно! Но заплатить, возможно, придется...

Однако насчет историй успеха разработчиков бизнес-приложений можно слегка поспорить в связи с недавними событиями. Неделю назад стало известно о том, что «Почта России» решила сделать себе мобильное приложение для iOS и Android, вложив в трекер посылок с обратной связью и нехитрыми геолокационными сервисами до 19 миллионов рублей. Эта сумма немедленно стала предметом горячих споров в Сети, но, безотносительно их содержания, можно констатировать, что в наших краях success-story для разработчика бизнес-приложения все-таки реальна. Просто немного, кхм, своеобразна.

Для справки:

Nekki – российская компания-разработчик игр. Основана в 2002 году. Авторы самого популярного в стране футбольного менеджера «11х11», браузерной игры «Гладиаторы», социальной игры «Бой с тенью». Теперь Nekki занимается мобильными играми. Свежие хиты компании – RPG-файтинг Shadow Fight 2 и игра про паркур Vector. В игры Nekki играют более 150 миллионов человек

HeroCraft – ведущий российский разработчик и издатель игр для мобильных платформ, социальных сетей и персональных компьютеров. Сегодня портфолио HeroCraft включает более 150 игр различных жанров. Стойкий интерес к стратегиям позволил компании успешно работать над созданием Majesty Mobile по лицензии Paradox Interactive. В 2013 году компания объявила о работе над Warhammer 40,000: Space Wolf для смартфонов, планшетов и ПК. Головной офис HeroCraft расположен в Калининграде. Компания была основана в 2002 году и на данный момент насчитывает более 100 сотрудников в нескольких офисах в Европе.